kadrinoff
»
Кому: kadrinoff, #9
Женский вопрос.
Волнует меня очень значит женский вопрос. Говорю я женщине – давай. А она мне говорит – не дам. Я говорит, натура тонкая и незнакомым мужчинам внутренний свой мир показывать не собираюсь. У меня там может быть великая тайна вселенского масштаба. В меня говорит, не так уж и проникнуть то может просто. Меня говорит, потрогать предварительно необходимо и языком по ушной раковине постучать. Словечки там разные в черепную коробку говорить. В театры, может сопроводить, или там в зоопарки. Мне может, и пищу в блюде надобно преподнести, и бельё там всякое на меня понапяливать. Чтобы говорит, взгляды мужеские на мою, так сказать, персону наблюдали, и ротики то у мужчинок, чтобы открывались. Мне говорит, косметический макияж необходим, мне может, нужно такие слова то каждый день выслушивать: « Какая вы женская особь прекрасная». И жидкости всякие на меня лить приходиться дорогостоящие, поскольку, ну бывает, пахнет от меня не культурно, фактически сказать пахнет так сказать не кефиром. И ртом говорит, нежелательно мой нос то заглатывать – у меня двойственные впечатления от такого делаются. И шлангами железными бить меня тоже не нужно, и к батарее привязывать. У меня от такого, видите ли, пятна синие на теле происходят и красота проигрывает. Плеваться в меня только в редких случаях можно. Это когда я, так сказать, в эротическом исступлении присутствую. Рот мне, кстати, зашивать тоже нет надобности, у меня голод потом вдруг случается. Ползать предо мною конечно нужно. Слёзы там всякие проливать на новый паркет, ну или там на асфальт. Грудную клеть мою ощущать незнакомым личностям также не надо бы. Меня сперва покормить нужно и глазищами своими наблюдение производить пристальное и внимательное. Тут уже и порешаем вопрос – если скажу « Потрогай-ка, любезный, расположение выпуклостей», значит, пришла пора эротикона. А вот на голенькую меня смотреть приходиться вдохновительно, ресницами вверх вниз делать, ручонками то сразу нужно хвататься за различные мои места. Я может гениальное произведение природы и ауры, из меня может, человеки вылазить имеют возможность. Из вас же тоже что - то там вылазить каждодневно. Вообще, помывшись, в меня иногда и можно. Это когда из меня жидкости текут и веду то я себя несколько странно. Тут то ловить меня и надо и препарат вводить. Мне говорят, от такого замечательно случается и птички поют.
- Мадам, - говорю, - монолог весьма ваш занимателен и чертовски увлекательный. Мне от монолога вашего счастье в душе играет. Но консервы собачьи, все – таки, давай. Очередь там уже собирается.
- Экий, вы мужчина, материальный.
Возвращаться мне после таких слов, конечно, стало чрезвычайно досадно и неуютно. Никакой я, потому что не материалист, а вообще непонятно кто. Ну, уж не материалист, думаю, точно. И не каждый день такую продавщицу увидишь. Дай думаю подумаю над женским вопросом. Шлангой, конечно, женщин стегать не следует. Это вроде как не совсем доброе, по отношению к женщине, намерение. А в остальном, слишком такая наука громоздкая и труднодоступная моему подсознанию, да и сознанию вроде бы тоже. Внутрисознательно женщин у меня конечно премного имеется. Имею право любую, так сказать, женщину использовать по прямому её назначению в интересных самых сценариях. Так вот иду дальше – удача! Настоящая живая женщина на полу расположена! Никакого сомнения, конечно, не имеется в её присутствии в моих, так сказать, гнусных сценах. Субъективно даже полагаю, в том, что понравилось ей там чего – то, потому как выпрашивает повторения таких вот манипуляций и физической от меня выкладки. Ладно, говорю, изобрази из себя такую, дескать, фигуру, при которой морды твоей видно мне не станет, зато, говорю нижнюю то часть тазика своего на меня направь в образе одинокой газели и чтобы с грустными глазами. Вот с такими мыслями перемещался я вдоль женщины, даже, и не подозревавшей об своих развратных действиях в моей безобидной фантазии. И неужели такая вот моя, потрясающая с ног и с разума, удивительнейшая способность не поможет мне привлечь женскую единицу в объятия Эроса и страсти?
Необходимо, мне, видите ли, стало сочинить проверку такой вот ситуации. Подошел, я значит ногами к данной даме и предложил ей, значит, крепкую эротическую дружбу. Глаза у дамы конечно тускнеют, и морда делается хмурой и недоверчивой, будто бы и нет у ней такого человеческого органа, при котором Эрос случается. Тут она на меня свою гениальность то и выплеснула:
- Ты, незнакомый мне человек, неправ, что у меня эротическую дружбу в организме желаешь затеять. И в форме одинокой газели перед тобой притворятся не желаю. Иди, говорит, к черту. Ну, или куда там.
- Ты, говорю, мадам нисколько в своём отрицательном поведении не являешься правой стороной, поскольку приятнейший наш с тобой контакт имел, так сказать, место происходить в нематериальном моём мире. И по твоей, кстати, просьбе – два раза. А за такой твой отрицательный облик, произведу сейчас эротизм с твоим, если можно так сказать, мокрым ртом.
Иду я, в общем, куда – нибудь, и происходят в моей душе различные эротики с замечательной женщиной Анжелой Джоли. А отрицательная женщина бегает голышом вокруг и кричит: «И мне! И мне!». Значит, думаю, действительно не обязательно в отношении женщин шлангу использовать. А собаки у меня нет.
kadrinoff
Прапорщик БоРсЧ
»
Кому: Прапорщик БоРсЧ, #19
Дмитрий, у вас таки талант какой встречается 1 на 1 000 000 000 000. Самое интересное то, что Зощенко написал это в 1936 году, а с тех времен мало что изменилось. Со мной случился похожий случай, только я ничем не болел, а в больницу попал по единовременному пожеланию военкомата. Пролежав целую неделю в больнице в не особо большой палате с людьми, которые хворали разными болезнями, я понял, что время идет, но ничего не меняется. Слава Богу, что пациенты, с которыми я лежал в одном боксе, были не слишком щедрые люди и не поделились своими букетами болезней с моим организмом. Хотя, признаюсь, порой было весело находиться в такой компании. Например, был мужичок средних лет корейской национальности, который по ночам во сне пел песни. На утро, конечно, его ругали за это, но он проявлял незаурядные знания могучего русского мата и посредством его объяснял нам, что кроме русского языков не знает.