Кому: Zhukoff,
#18
> Егор, специальный поджёг Москвы в 1812 году никем не доказан. Нет у нас источников, которые это подтверждают.
>
Ну я не супер-специалист по поджогу Москвы, тем не менее в историографии озвучена и другая точка зрения. Так, в монографии профессора Н.А. Троицкого "1812. Великий год России" говорится:
"Под утро 14 сентября Ростопчин приказал полицейскому приставу П. Вороненко "стараться истреблять все огнем", что Вороненко и делал весь день "в разных местах по мере возможности... до 10 часов вечера". Донесение об этом самого Вороненко в Московскую управу благочиния было учтено еще в 1876 году А.Н. Поповым, а позднее Е.В. Тарле и В.М. Холодковским"... (С.316).
Известия о том, что доклады Вороненко являются фальшивкой, мне не известны. Вероятно, все-таки источник есть.
Далее Н.А. Троицкий пишет: "Какова же роль Кутузова в московском пожаре? Документы позволяют ответить на этот вопрос однозначно. В то же утро, 14 сентября, оставляя город, фельдмаршал приказал сжечь склады и магазины с продовольствием, фуражом и частью боеприпасов. Этот факт, удостоверенный окружением Кутузова, признан и в дореволюционной, и в советской историографии".
Кроме того есть косвенные обстоятельства, о которых Троицкий также пишет:
"Вместе с тем Кутузов и Ростопчин, независимо друг от друга, распорядились эвакуировать из города противопожарный инвентарь. Ростопчин сам признавался, что он "приказал выехать 2100 пожарникам с 96 пожарными насосами". Что касается Кутузова, то его ("мимо графа Ростопчина") собственноручное предписание московскому обер-полицмейстеру П.А. Ивашкину вывезти из Москвы "весь огнеспасительный снаряд" видел Сергей Глинка. Такая мера, по вескому замечанию В.М. Холодковского, "говорит сама за себя: лишить город средств защиты от огня - значило готовить его к сожжению".
Впрочем, главное не в этом. Ведь я не разбирал обстоятельства пожара и причины его возникновения, а выразился так: "Символом такого
[жертвенного, в духе "не доставайcя врагу"] отношения к борьбе против оккупантов является, например, пожар Москвы в 1812 году". То, что московский пожар вошел в качестве символа высокого проявления русского народного духа в культуру, вряд ли может вызвать сомнения. Так о нем писали величайшие деятели мировой культуры.
А.С. Пушкин "Рославлев"
«Боже мой! Он погиб, — сказал Сеникур; как, разве вы не видите, что пожар Москвы есть гибель всему французскому войску, что Наполеону негде, нечем будет держаться, что он принужден будет скорее отступить сквозь разоренную, опустелую сторону при приближении зимы с войском расстроенным и недовольным! И вы могли думать, что французы сами изрыли себе ад! нет, нет, русские, русские зажгли Москву. Ужасное, варварское великодушие! Теперь все решено: ваше отечество вышло из опасности; но что будет с нами, что будет с нашим императором...»
Он оставил нас. Полина и я не могли опомниться. «Неужели, — сказала она, — Сеникур прав и пожар Москвы наших рук дело? Если так... О, мне можно гордиться именем россиянки! Вселенная изумится великой жертве! Теперь и падение наше мне не страшно, честь наша спасена; никогда Европа не осмелится уже бороться с народом, который рубит сам себе руки и жжет свою столицу».
М.Ю. Лермонтов. Странный человек (устами героя Заруцкого).
"А разве мы не доказали в 12 году, что мы русские? Такого примера не было от начала мира! Мы современники и вполне не понимаем великого пожара Москвы; мы не можем удивляться этому поступку; эта мысль, это чувство родилось вместе с русскими; мы должны гордиться, а оставить удивление потомкам и чужестранцам! Ура! господа! здоровье пожара Московского!"
Дж.Г. Байрон:
. Москва! Для всех захватчиков предел!
Тщеславный Карл в нее войти хотел,
А Бонапарт вошел - и чтож? Она
Горит, со всех концов подожжена.
Солдат, фитиль схватив, огню помог,
Мужик сует в огонь соломы клок,
Запасы предает огню купец,
Аристократ сжигает свой дворец.
Москва,Москва! Пред пламенем твоим
Померк вулканов озаренный дым,
Поблек Везувий, чей слепящий пыл
С давнишних пор к себе зевак манил
Сравнится с ним огонь грядущих дней,
Что истребит престолы всех царей!
Москва,Москва! Был грозен и жесток
Врагу тобой преподанный урок!
Крылом пурги смела ты вражий строй.
И падал в снег развенчаный герой.
Таким образом думаю, что моя формулировка была корректной.